Форс-мажорный юбилей Руставели

Забавная штука жизнь – не знаешь, когда какой сюрприз преподнесет. Никогда не подумала бы, что буду тет-а-тет сидеть с женщиной, чье имя в ту пору, когда Грузия была советской республикой, фигурировало в правительственных верхах. Однако всегда о ней отзывались с симпатией и уважением, отдавая должное ее интеллигентности, образованности и, наконец, красоте. Она и на самом деле оказалась интересной и непринужденной собеседницей, но категорически запретила писать о себе, зато рассказала много интересного. Мне остается лишь пересказать некоторые истории, услышанные в гостях у Виктории  Моисеевны Сирадзе.
Форс-мажорный юбилей РуставелиИтак, юбилейные торжества, посвященные 800-летию Шота Руставели. Подготовка к большому событию была одновременно напряженной, хлопотной, но приятной. В Тбилиси торжества прошли с неслыханным размахом, праздничные мероприятия продолжались в течение двух лет (1966-68 гг.) и воистину были незабываемы. Готовились к торжествам и в Москве, и не менее масштабно, чем в Грузии.
Постоянный представитель Грузии в Москве Илья Артмеладзе провел неимоверно трудоемкую работу, чтобы на высочайшем уровне встретить многочисленные делегации, гостей из разных стран, зарубежных послов, более 200 журналистов. В Тбилиси подготовили документальный фильм и фотовыставку о Грузии, собрали подарочные наборы, изготовили памятные медали, сувениры.
Грузинская делегация, в состав которой входили только что вернувшиеся из Палестины академики Ир.Абашидзе, А.Шанидзе и Г.Церетели и другие известные представители науки и искусства, готовилась к отбытию, когда стало известно, что авиарейсы в Москву из-за непогоды задерживаются. Пришлось срочно отправлять делегацию поездом. Проводили делегатов, погрузили все необходимое для проведения торжеств. Поезд отправился, и тут случилось непредсказуемое: состав застрял на полпути из-за сильного снегопада.
«Нет слов описать наше состояние, — рассказывала Виктория Моисеевна, — постпредство в растерянности, власти в замешательстве, оргкомитет в панике, журналисты волнуются. Словом, все летит к чертям! Не знаю, каким чудом, но мне удалось вылететь единственным рейсом за всю неделю в Москву за два дня до торжественного открытия. Постпредству пришлось основательно раскошелиться – началась беготня: в ГУМе срочно приобрели грузинские сувениры, в магазине «Дружба народов», к нашему счастью, оказалось нужное количество «Витязя в тигровой шкуре», накупили всякие атрибуты, обзвонили всех, проживающих в Москве грузин – писателя И.Андроникова, художника С.Вирсаладзе, драматурга Г.Мдивани, профессора И.Панцхава, худрука Большого театра И.Туманишвили, связались с поэтом Н.Тихоновым – просили выступить на пресс-конференции. Все с радостью согласились. Всю ночь я готовила материал о Руставели и его эпохе, машинистка тут же печатала готовые страницы. Дежурный водитель курсировал между постпредством и гостиницей, с раннего утра в типографии Большого театра приступили к печатанию брошюры, и за два часа до начала конференции весь тираж был у нас в руках.
Торжественная встреча произвела на всех неизгладимое впечатление, и никто бы не поверил, что все было устроено за полтора дня. Никакого чуда и волшебства в этом нет, — продолжала Виктория Моисеевна, — просто свою роль сыграли дружба, долг, любовь и единство – все те достоинства, которые воспевал в XII веке Шота Руставели».
Второй курьез, происшедший в юбилейные дни, был связан с памятником Шота Руставели работы скульптора М.Бердзенишвили и архитектора И.Ловейко. Отлитый в Рустави, он должен был прибыть в Москву за несколько дней до установки в сквере на Большой Грузинской. Но опять же непредвиденный случай чуть не провалил торжество. Памятник доставили с большим опозданием, лишь накануне запланированного открытия.
«Всю ночь рабочие под руководством начальника Управления капитального строительства Мосгорисполкома работали в поте лица, — вспоминает В.Сирадзе, — никто из нас не уходил с объекта. Все ужасно волновались. Шутка ли, намечалось прибытие всего состава Политбюро и самого Л.Брежнева. Не спали и сотрудники посольства ФРГ, с удивлением наблюдавшие за происходящим из окон здания, находившегося рядом со сквером. Утром памятник во всем величии возвышался на Большой Грузинской, как симв
ол великого братства народов. Торжества завершились блестящим концертом мастеров искусств Грузии в Большом театре. Москвичи назвали его «фантастическим шедевром».
Виктория Моисеевна вспомнила и тяжелые годы после тбилисской войны. «Каждый вечер, несмотря на неприятную обстановку, Ираклий Абашидзе прогуливался из одного конца улицы в другой, и если видел наше освещенное окно, поднимался к нам, потом заходили соседи, устраивались поудобнее на нашей кухне – единственном теплом месте, вокруг иранской керосинки. Мы согревали друг друга своими воспоминаниями, шутками. Ираклий читал стихи и на время все забывали о полуголодном, холодном, затемненном времени. Если бы не добрые взаимоотношения людей, многие не перенесли бы те трудности. Я не собираюсь ничего доказывать, рассказывая о своем времени. Но нет никакого права перечеркнуть память об очень многих достойных людях, которые честно и профессионально делали свое дело. Скажу одно: в вечном споре со временем память и правда всегда побеждают», — закончила Виктория Моисеевна.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.