О жизни и деятельности великих грузинских артистов Ладо Алекси-Месхишвили, Васо Абашидзе, Мако Сафаровой-Абашидзе, Нато Габуния-Цагарели, Нино Чхеидзе и других я писал на страницах газеты «Головинский проспект». Рядом с этими театральными деятелями грузинский народ поставил и имена брата и сестры Котэ и Ефемии Месхи. Котэ Месхи был многосторонним деятелем: профессиональным режиссером, драматургом, замечательным артистом, прекрасным оратором и журналистом. Ему принадлежит заслуга в деле формирования первой профессиональной труппы артистов Кутаисского театра. Большой вклад внесла в развитие грузинского театрального искусства и культуры Ефемия Месхи, которая с честью несла театральное знамя, передав его будущим поколениям.

Постоянный читатель нашей газеты имел возможность ознакомиться с многочисленной семьей Месхи и ее двумя яркими представителями – Сергеем и Иванэ, о жизни и деятельности которых я писал недавно в «Тбилисской неделе». Их младшие брат и сестра Котэ и Ефемия, так же как и старшие братья, оставили глубокий, неизгладимый след в истории нашей культуры.

Якоб (Котэ) Месхи был восьмым ребенком, родившимся в семье Месхи в 1857 году, когда вся семья уже жила в Кутаиси, перебравшись в этот город в 1852 году из села Риони. Сначала Котэ был определен в Кутаисскую гимназию, а затем его брат Сергей, старше Котэ на 12 лет, перевез его на местожительство в Тбилиси. Вскоре семья Сергея Месхи и редакция газеты «Дроеба» превратились для Котэ в «университет» и путеводитель в будущее; там собирались все выдающиеся писатели и общественные деятели Грузии. Котэ слушал их и жадно впитывал, высказываемые ими, передовые идеи. Именно здесь возникла у Котэ любовь к театру. Ему было 17 лет, когда он впервые выступил на сцене. Котэ рассказывает: «…Представляли «сцены» из произведений Ильи Чавчавадзе… Я играл незначительную роль исполнителя распоряжений сельского старосты, но моей горделивости не было границ, когда на лицо наклеили мне большие усы и бороду. Я так пыжился, будто важнее меня на свет никто не рождался».

Teatr-14-003
Котэ Месхи в роли Наполеона

В 1875 году 18-летний Котэ Месхи получил настоящее сценическое крещение в Кутаиси. Под руководством преданной театральному искусству Ефросинэ Клдиашвили в Кутаисском театре была поставлена комедия Александра Островского «Доходное место». В спектакле участвовали молодые Котэ Месхи и Васо Абашидзе. После окончания спектакля оба артиста были признаны талантливыми артистами с блестящим будущим. В этой комедии Котэ играл сложную роль Василия Жадова, настолько успешно, что завоевал имя талантливого и любимого артиста. С этих пор он систематически участвовал в представлениях, устраиваемых в Тбилиси и Кутаиси. После закрытия тбилисского сезона Котэ вернулся в Кутаиси и включился в работу по созданию постоянно труппы для Кутаисского театра по инициативе Ефросинэ Клдиашвили. Со слов театроведа Серго Герсамия, Котэ внес оживление в работу театра, однако полностью переделать укоренившееся управление спектаклями не удалось. Брат Котэ, Давид Месхи — автор книги «Воспоминания», писал: «В сентябре 1880 года у Котэ появилась небольшая сумма денег. Он сам, и по совету Сергея, решил поехать в Одессу для изучения бухгалтерии… Но он никогда не оставил бы грузинскую сцену и если и искал другое дело, то только для того чтобы найти средства для обеспечения необходимых жизненных запросов, и с большим усердием заниматься любимым делом… Когда мы думали, что он уже в Одессе, моему брату Иванэ из Парижа пришло письмо». Котэ в письме сообщал брату, что когда в потийском порту он расспросил о марсельском корабле, затаенное желание соблазнило его и, с помощью знакомого таможенника Котэ Чавчавадзе, ему устроили почти бесплатную поездку до Марселя всего за 35 рублей.

На марсельской театральной сцене он увидел игру великой Сары Бернар. Со слов Котэ Месхи, игра Сары Бернар чуть не свела его с ума, по телу будто бегали мурашки… Корреспонденцию о великой актрисе Котэ послал Сергею. Во время пребывания в Париже Котэ основательно изучил передовую европейскую культуру. Он усердно осваивал все передовое и прогрессивное, которое было у французских театров, вместе с тем критически относился к неприемлемым театральным формам нашего национального театра. В Париже Котэ практически приступил к подбору пьес и их переводу. Он писал Акакию Церетели: «Отсюда не могу выслать пьесы, так как у меня нет времени, чтобы после перевода их исправить и отшлифовать. Привезу несколько переведенных пьес и там по твоему совету переделаю». Из Парижа Котэ привез множество пьес, которые значительно обогатили репертуар грузинских театров. Из них следует выделить «Маргариту Готье» по роману «Дама с камелиями» Дюма-сына, пьесу Скриба и Легуве «Адриана Лекуврер» и пьесы Сарду и Моро «Мадам Сан Жен».

После возвращения в Грузию Котэ энергично включился в работу родного театра и стал заботиться о создании в Кутаиси профессионального театра. В 1885 году под руководством Котэ Месхи был создан профессиональный театр. Передовое грузинское общество с радостью встретило это явление. Журнал «Театр» писал: «Весьма приятным и достойным внимания явлением должно считаться основание грузинской драматической труппы в Кутаиси… Руководителем и режиссером театра является Котэ Месхи, он же исполнитель главных драматических ролей». Тот же журнал писал: «Мы полностью надеемся, что Котэ Месхи достойно поведет дело». Месхи провел большую организационную работу, освободил многих любителей сцены, которые не соответствовали уровню профессионального театра, и заполнил труппу молодыми талантливыми силами. В труппе, созданной Котэ Месхи, в то время состояли будущие звезды грузинского театра – Ефемия Месхи, Нино (Нуца) Чхеидзе, Васо Баланчивадзе (брат композитора Мелитона Баланчивадзе), Шалва Дадиани, Котэ Марджанишвили… Выдающийся грузинский беллетрист Георгий Церетели так характеризовал Котэ Месхи: «Умный, знаток сцены и чувствительный игрок искусства».

Во время репетиций Котэ был очень строгим. В труппе он навел железную дисциплину. Артисты хорошо знали его характер, разделяли его взгляды и с удовольствием слушали его учение. Все это способствовало сплочению труппы в единый творческий коллектив, которому было по плечу решать сложные творческие задачи. Особенное внимание он обращал на репертуар. В то время в театрах, в основном господствовали водевили и комедии легкого жанра. Главное место он отвел историко-патриотическим пьесам, русским и западноевропейским драмам и трагедиям. Для осуществления этих задач у Котэ, как режиссера, имелось образование, талант и сильная труппа. Особенное внимание он уделил французской драматургии. В репертуар были внесены «Маргарита Готье» Дюма-сына, «Дон Сезар де Базан» Филиппа Дюмануа и Адольфа Деннери, «Укрощение строптивой» Шекспира, где Котэ блестяще играл роль Петруччо. Трагедия Шекспира «Отелло», переведенная Иванэ Мачабели, впервые в Грузии была поставлена в Кутаиси под руководством Котэ Месхи. Роль Отелло исполнял он сам. Тогдашняя пресса высоко оценила мастерство артиста.

Котэ Месхи был и блестящим оратором; достаточно вспомнить его выступление в Москве в 1908 году, в юбилейные дни знаменитого артиста и драматурга Александра Сумбаташвили-Южина. Как известно, Сумбаташвили был автором драмы «Измена», которая почти постоянно была в репертуаре грузинских драматических театров. Великая русская артистка Мария Ермолова блестяще исполняла главную роль Зейнаб в этой драме. На банкете, где присутствовали выдающиеся артисты и режиссеры, Котэ Месхи обратился к Марии Ермоловой со словами: «Мне приказали, что когда увижу вас, Марию Николаевну Ермолову,от имени всей Грузии почтенно склонить голову. Несравненная Мария Николаевна, вчера, когда увидел ваши удивительные глаза, полные слез, струны моего сердца задрожали. Я тогда же догадался, как вы должны были страдать, преисполненные чувством огромной любви, и вспомнил, что вы являетесь единственной русской женщиной, которая страдала, как грузинская мать… Вот за это страдание с благоговением приветствую вас, живите долго и еще более сильным огнем зажигайте сердца, как не раз зажигали своим талантом от Всевышнего». Застольная речь Котэ Месхи неоднократно прерывалась аплодисментами. Прекрасную речь произнес Котэ и в адрес юбиляра, Александра Сумбаташвили. Воодушевленные выступлением Котэ, руководители МХАТа Станиславский и Немирович-Данченко устроили Котэ теплую встречу.

Teatr-14-001
Ефимия Месхи

Сестра Котэ, Ефемия Месхи, была десятым ребенком в этой многочисленной семье. Она родилась в 1862 году, на пять лет младше своего знаменитого брата Котэ. В детстве она была непоседливой и шкодливой, но после смерти отца она остепенилась. Жила в Тбилиси, как и ее братья Котэ и Давид, в семье старшего брата Сергея. У Ефемии был прекрасный музыкальный слух, игру на свирели она выучила за два урока, прекрасно пела, имея отличный голос, играла на рояле и свободно разбирала пьесы. Вокалу ее бесплатно обучал наш великий бас Филимон Коридзе. Ефемия Месхи прошла тернистый путь до самой высокой вершины артистического мастерства. Она была первой драматической артисткой, которая на грузинской сцене, привыкшей к комедиям, открыла широкое поприще драме и трагедии. После Сары Бернар и Элеоноры Дузе, в начале ХХ века никто не осмелился создать трагический сценический образ мирового значения, каким являлась Маргарита Готье. Вот что писал о выступлении Ефемии Месхи в Тбилисском театре известный писатель Георгий Церетели: «Седьмого марта 1893 года был настоящий праздник грузинского театра. До поднятия занавеса, зрители, затаив дыхание, ждали чего-то необычного: мужчины и женщины разных слоев общества стремились в театр с каким-то упрямством, всеми владело чувство какой-то неопределенности. Как мы знаем, Маргарита Готье – безобразный плод просвещения XIX века. Ее типаж, созданный с большим мастерством, является характерным для многих несчастных французских женщин, живущих в нужде. Неужели эту картину должна изобразить перед зрителями грузинская женщина, которая, как говорят, даже не видела приличную сцену. Многие просвещенные зрители гневались в сердцах и думали: почему из нас делают посмешище? Где Маргарите Готье и где незнакомая и пока неопытная кутаисская дама… Поднялся занавес, на сцене появилась Ефемия Месхи, в зале раздались несколько льстивых хлопков, будто для ободрения стыдливой, простой женщины… Но грузинская сцена внезапно оживилась. Приятный голос, изящные манеры сразу вызвали симпатию зрителей. Мы слушали сладкое журчание ручья, текущего с горы. Из сердца, переполненного чувствами, вырывались прекрасные грузинские слова… Тихий шепот удивления пронесся в обществе: «Где до сих пор была эта женщина? Интересно, где научилась такой мастерской игре? Это какое-то совершенно новое явление для нашей сцены». Опустился занавес, зрительный зал пришел в восторг от игры Ефемии Месхи. С каждым действием восторг зрителей усиливался и под конец, после окончания драмы, ему не было границ. Крики «ваша» и бурные аплодисменты сотрясали весь театр…». Ефемия Месхи нарисовала картину жизни Маргариты Готье и глубоко потрясла тбилисских зрителей. Ефемия зажглась как метеор, который непрерывно освещает сферу театрального искусства и стоит между тех именитых деятелей, которых никогда не забудет народ.

 

Малхаз ЭБРАЛИДЗЕ.