Гиа Алавидзе (Хосе Маджинере)

«Где эта улица, где этот дом, и этот город, что я влюблен», — только тот, кто безгранично любит Тбилиси, болеет за его прошлое, настоящее и будущее, кто живет с присущим тбилисцам глубоким чувством взаимопонимания, добрососедских отношений, поддержки, сможет понять и пережить эмоции, овладевшие зрителями, собравшимися в «Кавказском доме» на просмотр фильма «Улица Энгельса, 23» режиссера Гии Алавидзе (Хосе Маджинере).

Само название фильма ясно говорило о сюжете: рассказ будет о старом убани города, его домах и дворах, и обитателях дома на одной из знакомых всем улиц древнего Сололаки. Но то, что предстало перед зрителями превзошло все ожидания. Мы увидели необычную документальную ленту, изобилующую сухими фактами, а лирическое повествование об искренних чувствах, воспоминаниях, всплывающих в памяти при виде кружевных орнаментов ворот, обветшалых балконов, скрипучих деревянных лестниц, мозаичного пола в подъезде, белья, развешенного на натянутых с одного балкона на другой веревках, общий кран во дворе – место разбора утренних, дневных и вечерних новостей; распахнутые, не запирающиеся на засов, двери. Если прогуляться по сололакским улицам, заглянуть в любой двор, то всюду можно усидеть похожую картину. Просто, в тот день очередная прогулка состоялась по улице Энгельса – ныне ул. Л.Асатиани, и забежали мы на часок в дом №23 купца Маркарова. Вмеcте с Хосе попутешествовать по прошлому с экрана помогал искусствовед Гия Чанишвили, с необыкновенным воодушевлением рассказывающий о почти полуторавековых домах, их архитектуре, владельцах. Проводниками же были сами жильцы дома.

Люлю Багдалян: «Мои родители поселились здесь в 1946 году. Раньше жили 67 семей, теперь осталось 37. Мы все – как маленькая деревня, живем общими радостями, бедами, проблемами. А как же. Сегодня мне помогли, завтра я приду на помощь. Даже звать не надо – сердцем чувствуем, кому трудно, кому весело. Вряд ли еще где-то существуют такие добрые, душевные отношения, как в наших старых дворах. У нас хлеб и вода – тоже общие».

Бабушка Шорена

Насчет хлеба Люлю действительно права. Не только соседи по дому, но и все жильцы близлежащих домов, а также прохожие, считают обязательным заглянуть в подвальчик во дворе, где бабушка Шорена выпекает такой вкусный, ароматный хлеб, что вряд ли кто пройдет мимо, не купив свежеиспеченный шоти и горячий лобиани.

«Я сама из Болниси, живу в Глдани, а сюда приезжаю каждое утро. Трудно, но мне надо помогать дочке. Муж у нее погиб, троих детей вырастить нелегко. Старший внук приезжает и помогает мне. Я здесь чувствую себя так, словно родилась и всю жизнь прожила в Сололаки. Даже не знаю, какими словами благодарности выразить свои чувства. Все меня здесь любят, уважают, считают своей бабушкой. Для меня эти люди стали родными. Наверное, потому мой хлеб такой вкусный, что тесто замешиваю на их любви», — улыбается Шорена бебо.

Бесо Мегрелишвили, актер: «Я намеренно сюда переехал жить к жене. Безумно люблю старый город. Посмотрите вокруг: какая красота, какая панорама, экзотика. А об отношениях, царящих в этих дворах, не буду распространяться. В древних стенах сохраняется дух старины, который согревает всех своей любовью. Тбилисцем считается каждый, кто принимает и живет по тбилисским правилам, разделяет боль и радость города и заботится о нем. И не надо на свой вкус перестраивать то, что сохранило в себе целую эпоху».

Большинство собравшихся в зале были сами жильцы дома и поэтому вторая «серия» фильма под названием «Наш любимый отчий дом» продолжалась в небольшом скверике «Кавказского дома». «Пусть не сморят, мы – сололакцы, самые лучшие, верные, добрые» — «Молодец, Хосе, ты разбудил в нас молодость». И началось: «А помнишь?..» Разгорелись страсти, всплыли воспоминания… Мне самой было радостно и приятно. Как-никак, и я сололакская, выросшая на ул. Кирова (Леонидзе), так что, все их чувства были вполне понятны. Фильм посмотрели, впечатлениями обменялись, горячий хлеб бабушки Шорены попробовали, за здравие Сололаки выпили. Пора уж познакомиться с человеком, устроившим такой праздник и посвятившим себя доброму делу – показать древний, но вечно молодой Тбилиси, со всеми прелестями. Гия Алавидзе, известный в городе как Хосе Маджинере.

«Почему такое странное имя?» — спросила его.

«Конкретно не могу сказать. С детства меня прозвали Хосе, а потом один мингрельский парень сказал, что Маджинере – означает зритель. Я же тоже зритель. Понравилось и прицепил к имени звучную «итальянскую» фамилию. Теперь все меня знаю как Хосе Маджинере. Сам даже отвык от настоящего имени».

Придется и мне представлять его этим именем. Неожиданностью для меня оказался тот факт, что Хосе по профессии геодезист и никогда не учился киноискусству. А между тем, он сам пишет сценарий для своих фильмов, он и оператор, и режиссер. И могу поспорить, мало кто из кинематографистов так эмоционально, увлекательно, красочно сможет передать процесс работы над фильмом, как Хосе. Почему он сюжеты для своих лирических картин выбирает среди старых домов и дворов? Послушаем Хосе и, думаю, дальнейшие расспросы не возникнут.

«Эти старые здания самые лучшие рассказчики, хранители тайн веков. Приклонитесь к стенам, дотроньтесь до камней, загляните в подъезды, поднимитесь на балконы, и вы услышите разные истории. Они молчат, но мы чувствуем их сердцебиение. Каждый дом – сюжет для одного фильма. Дом сам мне подсказывает, о чем рассказать, какого персонажа представить, с кем пообщаться. Заранее не знаю, в какой двор зайду. Хожу по улицам, смотрю на дома, загляну куда-то и потом выслушиваю истории целых поколений. Я ласкаю, обнимаю эти дома, получаю от них заряд энергии, силу, стимул. Словно невидимые нити связывают нас. Заглянешь в их души, прислушаешься – вот и готов фильм. И я чувствую благодарность этих каменных стен».

Хосе признается, что сначала не думал, что кино станет его основной профессией. Да, кино он любил, увлекался, зачитывался литературой, но не до такой степени, чтобы с головой уйти в нелегкое дело.

«Кино такое чудо, которое создает прекрасное, имеет огромный выразительный потенциал, указывает путь, по которому тебе следует идти. Меня оно само научило, что и как делать. Почему Тбилиси? Потому что я безгранично люблю свой город и хотел сделать что-то особенное, чтобы сильнее выразить эту любовь, особенно к старому городу, и получить ответ от персонажей моих фильмов, как сохранить дух древнего Тбилиси. Сам я плехановский старожил и, естественно, первые попытки сделал в родном убани. Но к Сололаки тянет больше. Здесь необыкновенная архитектура, своеобразная красота. Для меня Тбилиси – неиссякаемая тема. Сто раз могу пройти мимо дома и словно вижу его впервые. Никто меня не заставляет заниматься этим и никакого вознаграждения я не жду. Для меня важно, удовлетворить свой интерес и интересы зрителя, получить удовольствие и напомнить тбилисцам, каким невообразимо красивым является их город. Потребовать, чтобы берегли его, не уродовали, не убивали в нем душу прекрасную».

Как я пожалела, что не видела его предыдущие фильмы! «Дом на Мтацминда» (О Микаэле Таривердиеве), «Сололакский двор», «Фестиваль Бетлемского убани», «Маэстро прекрасного» (о Сергее Параджанове), «Сапожник Жора», «Я – улитка», «Я – цветок этой земли», «Молнисская церковь» и еще несколько. Правда, позже наверстала упущенное по Интернету. Но, согласитесь, впечатление от просмотра на большом экране было бы эффектнее.

«В моих фильмах профессиональные искусствоведы и историки комментируют все значительные факты и события, касающиеся определенного здания. Так, например, в фильме «Молнисская церковь» мне помогает Зура Гарсеванишвили, который живет в том же дворе, где расположена церковь, и отлично знает ее историю. Когда работал над фильмом «Дом на Мтацминда» — о доме, где жил Микаэл Таривердиев, большую помощь мне оказал Гия Абазадзе. Интересная история произошла во время съемки: захожу во двор и слышу музыку. Кто-то играл на рояле, а звуки доносились из окна, напротив квартиры Таривердиева. Зашел. Познакомился с парнем, Ираклием Кобахидзе. Выяснилось, что его семья недавно переехала в эту квартиру и обнаружила старый, расстроенный рояль. Рояль отреставрировали, а Ираклий, который никогда раньше не занимался музыкой, вдруг начал наигрывать разные мелодии. Даже соприкоснулся с классикой. – А ты знаешь, кто здесь жил? — спросил я. – Таривердиев. – А кто это? – он даже не слышал о нем. Я рассказал о творчестве композитора, фильме «Семнадцать мгновений весты», а после пригласил на просмотр нашего фильма. Представьте себе, пришел и сыграл импровизацию на музыку из фильма «Семнадцать мгновений весны»… Раньше он не знал, к клавишам не прикасался, и вдруг заиграл так классно! Есть что-то мистическое в этом, не правда ли? Позднее я фильм отослал Вере Таривердиевой, жене Микаэла. Она устроила его показ в Москве, а мне прислала очень теплое благодарственное письмо. Забавный случай произошел и на съемках фильма «Фестиваль Бетлемского убани». Весь квартал, оказывается, вырастил одну утку. Сообща ухаживали, кормили. Назвали Васькой. Этот Васька и стал моим главным персонажем и эмблемой на афише. Вскоре намечается показ моего фильма на открытой площадке возле Бетлемской церкви. Конечно, Васька будет присутствовать».

Дома Коргановых, Калантарова, Маркарова, Сейналова – их много в Сололаки. Но не только здесь. В любом старом районе можно найти такие здания с причудливыми балконами, мраморными лестницами, разрисованными подъездами. Они сохраняют укоренившиеся правила чисто тбилисских человеческих взаимоотношений. Правила, диктующие любовь, сочувствие, поддержку, милосердие, отзывчивость и еще многое, возможно, не совсем понятное тем, кто живет в бетонных небоскребах за девятью замками и даже не знаком с соседом этажом ниже. Вся суть фильмов Хосе именно в этом: проповедовать искренние чувства по отношению друг к другу. В планах Хосе большой проект. Он намерен снять фильм о Сергее Параджанове. Ранее он сделал одну документальную ленту, а теперь намечает снять масштабную картину – «Коллаж — Серго Параджанов».

Хосе рассказал о Луизе Ниязян, которая работала над монтажом фильма «Ашик-Кериб» Параджанова. «Я встретился с ней, и мы пошли к дому Серго. По дороге она вспоминала самые лучшие годы, проведенные в Тбилиси, людей, с кем работала, места своего детства и молодости, а я снимал – мне нужно было записать ее воспоминания о Параджанове. Потом познакомились с племянником Юрия Мгояна, исполнявшего роль Ашика-Кериба, тот также рассказал немало  интересного о дяде. Зашли в дом Серго, поговорили с его жильцами. Так появился фильм о Луизе «Я – цветок этой земли». А теперь хочу связаться со всеми, кто знал Серго Параджанова (конечно, Луиза вне конкуренции), и воскресить в новом фильме образ гениального режиссера».

Еще об одной, очень интересной идее для будущего фильма рассказал Хосе, и настолько эмоционально, что мысленно уже смогла вообразить, каким он будет на экране.

«Представь: руины старого разрушенного дома. Кто здесь жил, чей это дом, куда судьба забросила жильцов? И вот старые стены начинают рассказывать разные истории устами мальчика, который появляется из старых развалин. Символично: будущее, возрождающееся из прошлого, дух тех времен, передающий самое лучшее новому поколению».

В «Кавказском доме», где трудится Хосе, функционирует воскресная школа. Ребят обучают разным сферам искусства и, естественно, свой вклад в их развитие вносит и Хосе.

«Когда я рассказываю им о старом Тбилиси, его архитектуре, истории этих вековых зданий, их владельцах, и вижу интерес в их глазах, радуюсь. Значит, я смог передать им настроение тбилисских дворов, заставил понять благородство добрых отношений. Однажды одна девочка сказала: «Раньше никогда не обращала внимания на дома, а теперь все вверх смотрю». Вот это и есть моя маленькая победа».

После такого увлекательного рассказа, раскрывшего внутренний мир Хосе, меня уже не удивили его оригинальные фотоработы: портреты, пейзажи, забавные моменты, зафиксированные наблюдательным глазом – крошечная божья коровка на широкой ладони; цветущее ярким пламенем гранатовое дерево; свисающие, как занавес, ветви огромного дерева; голубка, заглядывающая в окно; любопытный взгляд пригревшейся на солнце ящерицы. Об улицах, домах и дворах уже не стоит говорить. За каждым кадром – живая, одушевленная природа, ритм сердца Тбилиси.

«Неважно, чем снимаешь. Важно увидеть то, что следует увидеть. Фотокамера фиксирует факт, кинокамера – оживляет эти факты. Маленький квадратик объектива в моих руках ищет все интересное, необычное, любопытное. И находит. Несмотря на то, что я этому нигде не учился. Важно очень любить свое дело, и тогда все получится».

Прав Хосе — Гия. Именно эта любовь делает его фильмы такими привлекательными, выразительными и добрыми. Возвращаясь, не удержалась от соблазна заглянуть в тоне бабушки Шорены и купить ее знаменитый шоти. Ароматный запах, доносящийся из подвальчика, напомнил эксперимент Павлова с собакой. Хлеб действительно оказался безумно вкусным. Наверное, оттого, что добрые руки Шорены бебо пекут их с любовью к людям. И еще оттого, что дух старого Тбилиси нам сладок и приятен.

Додо АХВЛЕДИАНИ.