Софико и  Кети Анджапаридзе

Несколько дней назад со мной связалась Кети Анджапаридзе – дочь известного врача Левана Анджапаридзе и племянница великой Верико Анджапаридзе – со скромной просьбой, по возможности, опубликовать ее небольшое воспоминания о своей двоюродной сестре, замечательной и любимой артистке Софико Чиаурели. Кети объяснила свое желание тем, что однажды сама Софико попросила ее написать что-либо про нее: «Ты знаешь меня лучше моих детей. Я хочу, чтобы меня узнали как обыкновенную женщину, такую, какая я в повседневной жизни».

Кети исполнила просьбу Софико, я – выполнила ее просьбу. И хотя она категорически была против, чтобы о ней тоже замолвили словечко, не могла не отметить, что Кети – это энергичная, романтичная, мечтательная, «анджапаридзевской породы» женщина с умопомрачительным жизнелюбием и молодым взором в свои 82 года. Кети не скрывает возраста, наоборот, смеется над собой – может стать примером для любого молодого человека: «Я такая, неспокойная, и пока живу, буду любить жить». В воспоминаниях Кети сегодня жива Софико.

Додо Ахледиани.

Софико – талантливая актриса театра и кино, дочь гениальных родителей Верико Анджапаридзе и Михаила Чиаурели. Но она не зависела ни от кого и ни от чего. Софико – личность, которая не вмещалась ни в какие рамки обыкновенного человека.

Грузия всегда славилась и славится талантами, которые украшали и украшают нашу страну, среди которых, безусловно, числится и Софико. Она была своеобразной и яркой личностью, радуясь сама, радовала и других. Всех удивляла ее откровенность, простота и удивительная энергия, каждый раз, всегда и всегда она расходовала себя до конца, иначе она не могла жить.

Софико была замечательной матерью и бабушкой, всегда думая о том, как максимально доставить удовольствие и радость своим детям и внукам.

Необыкновенно гостеприимная Софико дома никогда не оставалась одна, вокруг нее всегда были многочисленные друзья и большой круг близких. Во главе всего этого стояла Софико, излучая большую любовь.

Ей все удавалось легко и со вкусом. Софико очень увлекалась кулинарией и готовила замечательно. Еще про нее говорили, что она – «великий строитель». Занимаясь строительством, она прекрасно во всем разбиралась, сама были и заказчиком, и прорабом, и дизайнером. Организованная и самоуверенная, с детского возраста сидела за рулем, летать не любила, но облетела весь мир, и в свои 65 лет полетела на парашюте прямо с пляжа, удивив весь пляж. Она обшивала себя и на любых торжествах бывала в костюмах, созданных ею самой. У нее был свой стиль – обожала шляпы с большими полями и, действительно, в них она была прекрасна.

Выезжая из города, Софико всегда возила с собой маленькую швейную машинку – шитье ее успокаивало в поездках и доставляло огромное удовольствие. Софико чудесно играла и пела, танцевала замечательно, тамада была неповторимая, — мужчины, слушая ее, страшно завидовали, но признавали ее первенство за столом.

Когда Софико уезжала за границу, она всегда капризничала, но в жизни она не была капризной, возвращаясь, говорила: «Несмотря на то, что у меня бывают очень интересные встречи с известными людьми при шикарных условиях, я болею, у меня страшная ностальгия, поймите меня. А когда я обратно лечу, от радости у меня сердце как будто на волоске висит, и боюсь умереть в самолете. Как только я приземляюсь, становлюсь на грузинскую землю, все проходит. Я люблю Грузию, грузинский народ, мою улицу и мой дом – я без этого жить не могу».

В один прекрасный день она позвонила и попросила на время побыть вместе. По дороге она начала говорить о прошлом, о нашей прекрасной молодости. И вдруг, очень серьезно о том, что годы прибавляются, старость приближается, никто не знает, когда и как уйдет из этого мира, поэтому мы обязаны облегчить смерть друг другу. Исходя из этого, мы дали друг другу клятву, чтобы в этом деле не было измены. Это было давно, несколько лет назад. Сама честная и прямая, она и от других требовала честности.

Удивительно, что днем раньше до ее смерти (1 марта) ей было очень плохо. Я стояла над головой, она открыла глаза, посмотрела на меня и сказала: «Прошу, укол мне не делать». На второй день ее не стало. Да, жизнь прекрасна, и перед лицом смерти жажда жизни велика.

Я счастлива и горда, что у меня в жизни была такая сестра, неповторимая Софико Чиаурели.

Кети Анджапаридзе.