Она не знаменитая артистка или известная певица, поэтому и не считала нужным выставлять себя напоказ, отказывалась от встречи, и стоило немало усилий уговорить ее. Вся деятельность этой женщины связана с музыкой и с теми выдающимися личностями, которые сыграли большую роль в развитии грузинского искусства. И она – внучка человека с трагической судьбой, известного режиссера Сандро Ахметели – заслуженный деятель искусств, музыковед, лауреат Государственной премии, председатель Музыкального общества Грузии Манана Ахметели.

Сандро Ахметели и Котэ Марджанишвили

Манана никогда не видела своего деда, а Сандро суждено было узнать о ее рождении в тюремных застенках. Жертва репрессий 1937 года был расстрелян. Единственным средством прикоснуться к его памяти, как и к памяти других деятелей культуры, погибших в ходе репрессий, место захоронения которых неизвестно, является символическая могила и мемориал с выгравированными фамилиями: М.Джавахишвили, Т.Табидзе, П.Оцхели, Д.Шеварднадзе, В.Котетишвили, Е.Микеладзе и Сандро Ахметели.

«Для  меня здесь могила моего деда и я рада, что могу принести ему цветы», — так отреагировала Манана на открытие этого памятника.

О своей жизни, работе и особенно о Сандро мы беседовали в ее кабинете, в здании Музыкального общества Грузии. Получилось как-то символически: перед зданием на проспекте Руставели – Оперный театр, а в нескольких метрах позади – консерватория. Музыка, которая окружала Манану с самого рождения, продолжает наполнять ее жизнь постоянно и всюду. Но не такая уж сладкая и веселая была жизнь семьи Ахметели с того времени, когда, с одной стороны, в дом пришла радость с рождением дочери, а с другой стороны, с арестом Сандро Ахметели вошло горе и несчастье.

«Трагедия нашей семьи до сих пор тяжелым грузом лежит на мне, — вспоминает Манана. – Прошло столько лет, изменилось отношение к Сандро, вернулись его заслуги, но эта боль, причиненная несправедливостью, жестокостью, бесчестием, не проходит. Не такая уже маленькая я была в пятидесятых годах, чтобы не помнить, как тяжело пережил отец известие о реабилитации Сандро, может, даже труднее, чем его арест. Какая-то надежда еще теплилась, что он находился где-то «в дальних лагерях», а в 1956 году получаем официальное сообщение о реабилитации и справку, что Сандро Ахметели был расстрелян. Т.е. расстреляли… а потом объявили невиновным?! А что делать с забытыми заслугами, спектаклями, именем, которое запрещалось произносить? Отец и так многое повидал на своем веку. Он был инженером, ушел на фронт, вернулся, но долгое время не появлялся в городе, жил и работал в районе. А после этого слег и так и не смог оправиться. Мой отец, Шалва, единственный из трех сыновей Сандро, кто оставил потомство в моем лице (один скончался бездетным, второй – в 16-летнем возрасте). Я, к сожалению, последняя, носящая фамилию деда. Внук есть, но… фамилия не та. И все же я очень счастлива, что никогда, ни малейшим поступком не запятнала дорогое для меня имя».

Манана выросла в семье, где постоянно звучала музыка, песни, собирались знаменитости – певцы, актеры, композиторы, режиссеры. Это была семья деда, отца матери, известного грузинского композитора (почему-то незаслуженно забытого), автора многих знакомых по сей день песен и романсов («Один поцелуй», «Голос сердца», «Грусть») Георгия Чубинашвили. Жили они в одном дворе вместе с театром Марджанишвили, и вся театральная жизнь проходила на виду у всех, поэтому у Мананы было два выбора: или театр, или музыка.

«Театр меня очень интересовал, не пропускала ни одного спектакля в марджанишвилевском театре, но в знак протеста никогда не ходили в руставелевский – на душе тяжестью лежала несправедливость по отношению к Сандро Ахметели. Впервые переступила порог театра, когда восстановили «Разлом», поставленный Сандро, в 1957 году, а потом справили и его юбилей.  И все-таки чувство неудовлетворенности очень долго преследовало меня. А музыка была моей постоянной спутницей, вот и перетянула весы в свою стороны, и я довольна, что выбрала именно эту профессию. Она создала мне плодотворную, насыщенную, интересную атмосферу, дала широкий простор для творческой деятельности».

После окончания музыкальной десятилетки им. З.Палиашвили по классу фортепиано, Манана поступила в консерваторию. Она призналась, что на ее дальнейший выбор и судьбу огромное влияние оказал Павле Хучуа – известный педагог, общественный деятель, критик и друг семьи, которого она вспоминает с особой теплотой.

«Он был одним из самых ярких личностей, которых я встретила на своем профессиональном пути. Я сердцем чувствовала, что не выйдет из меня хорошей пианистки, и подумала, лучше быть хорошим музыковедом, чем никчемной музыкантшей. По совету Хучуа поступила на теоретико-композиторский факультет. П.Хучуа был великолепным лектором-импровизатором, категорически отказывался от конспектирования, считая, что молодые сами должны искать литературу и работать самостоятельно. Он являлся ярким примером педагогической этики, добропорядочности, профессионализма и деликатности. Всю жизнь буду благодарна ему за огромную поддержку и наставления».

После окончания консерватории Манану, совсем молодую еще, неопытную, приглашает на работу в 1-е музыкальное училище его директор, композитор Арчил Чимакадзе. «Он преклонялся перед Сандро Ахметели, и узнав, что я его внучка, без колебаний взял меня к себе».

Некоторое время Манана работала в училище, а потом, по приглашению редактора журнала «Хеловнеба» Отара Эгадзе, пришла в издательство и, как сама признается, действительно обрела свое место. Несмотря на то, что никакого журналистского опыта у нее не было, царящая в коллективе атмосфера, интересные процессы, происходящие вокруг, встречи с видными деятелями искусства, соприкосновение с их жизнью и творчеством сильно повлияли на Манану. Неожиданно для самой себя она обнаружила способность писать и почувствовала, что оказалась в своем амплуа. Манану назначили завотделом музыки и хореографии. Работала в журнале вплоть до его закрытия в 2003 году.

Одновременно, с 1966 года она вела на Первом канале грузинского телевидения музыкальную передачу и, как автор этих передач, проделала огромную работу. Параллельно активно участвовала в работе Музыкального общества Грузии.

«Это общество богатых традиций, основано в XIX веке, и тогда, и тем более сейчас, когда я – председатель общества, главной своей задачей считала и считаю сохранение наших богатых музыкальных традиций. Вся моя молодость проходила в водовороте ярких музыкальных событий, и я никогда не пожалею, что отдала себя служению этой профессии».

Насчет ее мнения, что молодость прошла, я бы не согласилась. Ее внешность, утонченные манеры, даже походка говорят об обратном, а что касается служения, то в этом грешно сомневаться, особенно если внимательно прочесть ее книгу «Жизнь в искусстве», а заодно и ознакомиться с мероприятиями, которые проводит возглавляемое ею общество. Благодаря своей профессии и активной работе, Манане приходилось встречаться с выдающимися личностями. Сколько друзей, добрых знакомых приобрела она за все эти годы, сколько интересных фестивалей, конкурсов, вечеров провела, сколько необычного и важного узнала сама…

«Трудно все вспомнить и перечислить. Уйма мероприятий и все – необыкновенные, увлекательные, значительные. Разные люди, разные характеры, разные судьбы: Андрия Баланчивадзе, Резо Лагидзе, Паата Бурчуладзе, Вахтанг Чабукиани, Майя Плисецкая, Альфред Шнитке, Марина Яшвили, Гамлет Гонашвили… да разве всех перечислишь? Их объединяла одна главная черта – огромный талант, величие, преклонение перед богиней искусства. Одно могу сказать: музыка – великая сила, и каждый, кто соприкасается с ней, возвысится над всем земным, обыденным. Поэтому считаю, что я имела счастье общаться с неземными людьми. Лучше поговорим о проделанной обществом работе и о планах на будущее».

Тут мне пришлось напрячь все внимание, чтобы не пропустить ничего из сказанного.

«Ежегодно, с 2006 года мы проводим фестиваль камерной музыки. Он пользуется большим успехом и способствует популяризации классической камерной музыки. В фестивале участвуют грузинские инструменталисты и вокалисты разных поколений, а также зарубежные исполнители. За время своего существования фестиваль выявил немало талантливых молодых музыкантов. Постоянным участником фестиваля является струнный квартет им. С.Цинцадзе. Следует выразить благодарность Министерству культуры и охраны памятников, министру М.Георгадзе, Центру культурных мероприятий (З.Церетели), ректору Тбилисской государственной консерватории, особенно М.Доиджашвили, за оказанную поддержку и помощь. Важным мероприятием являются региональные конкурсы среди музыкальных школ по всей Грузии. Мы уже провели конкурсы в Квемо Картли, Самцхе-Джавахети, Кахетии. В этом году и в будущем намечаем конкурсы в Гурии и Самегрело. Мы выбираем конкурсные произведения, обеспечиваем школы литературой, проводим консультации, но это – помощь на начальном этапе, а дальше наши возможности иссякают. А в результате конкурсов выявляем много юных перспективных исполнителей, но, к сожалению, не всем удается продолжать учебу в Тбилиси, поступить в консерваторию. Желательно было бы поставить вопрос о создании интернатов, и решить вопрос о финансировании талантливых детей».

Манана назвала список книг, изданных за последние годы: С.Цинцадзе «Оркестровая техника», Э.Гараканидзе «О грузинской народной музыке»; Н.Кавтарадзе «О, великое мгновение творчества» и «Тенгиз Мушкудиани», а также книги Мананы «Жизнь в творчестве», «Элисо Вирсаладзе». Особо отметила Манана работу над дисками с уникальными записями.

«Под рубрикой «Уникальные записи» мы выпустили диски «Т.Амиреджиби», «Д.Гамрекели», «М.Накашидзе», «М.Амиранашвили», «М.Яшвили», «И.Кечакмадзе», «15 выдающихся грузинских теноров ХХ века». Готовим к выпуску оперу В.Долидзе «Кето и Котэ». В планах еще немало интересных записей. Нельзя терять наше уникальное богатство, оно должно остаться поколениям».

В книге М.Ахметели «Жизнь в творчестве» приводится письмо исследователя сценического искусства ХХ века К.Рудницкого «Миссия Ахметели»: «Величайшая заслуга Ахметели состоит в том, что он виртуозно сумел обновить самобытно художественные формы, выработанные многовековым опытом грузинского народа, и ввел их в сложную структуру новаторского спектакля…» И под конец: «Будущее грузинской сцены во многом зависит от того, насколько смело и свободно сумеют нынешние режиссеры распорядиться доставшимся им наследством».

Немного переиначив сказанное, добавим: «Будущее грузинской музыки зависит от того, насколько умело и достойно нынешнее поколение сможет распорядиться доставшимся ему наследством». Одной из многих служителей искусства, кому суждено передать это наследство молодым, является Манана Ахметели, которая сама донесла до сегодняшних дней драгоценный клад, называемый «Грузинская музыка».

Додо АХВЛЕДИАНИ.