Лия (Нино) Карангозишвили

Признаться, после опубликования статьи о семье Генриха Муата и Екатерины Карангозишвили, не очень верила, что вновь вернусь к этой теме, и буду писать о ком-нибудь из их близких или дальних родственниках. А судьба решила иначе и подбросила мне удачу в лице еще одного потомка Адама Карангозишвили – его праправнучки, преподавателя музыки, филолога Лии (Нино) Карангозишвили.

С большим сожалением приходится заявить, что если бы встреча с Лией состоялась раньше, несомненно, рассказ об их семействе был бы более подробный и существенный, так как Лия представила немалое количество интересных фактов – настолько обширную информацию, что осилить все оказалось не под силу. Но, как говорят, лучше поздно, чем никогда, и поэтому, по возможности, постаралась восполнить этот пробел с помощью моей приятной и словоохотливой собеседницы.

Адам Карангозишвили с супругой

Одно обстоятельство, озвученное Лией, вызвало не просто сожаление, а обиду и разочарование. Лия рассказала неприятную историю: оказалось, что года 3-4 назад она познакомилась с некой Жужуной Нижарадзе-Мачавариани, которая сообщила ей о том, что намеревается писать книгу о своих предках – Карангозишвили. «Мне, естественно, стало приятно. Проверять правдивость ее рассказа и вникать в родственные связи я не собиралась – поверила на слово. У Адама было шестеро детей, у тех – тоже немало, а уже в четвертом и пятом поколении насчитывалось столько, что немудрено было и запутаться. Так что, Жужуна вполне могла быть одной из представительниц нашего многочисленного рода. Я передала ей весь материал, сохранившийся у меня – фотографии, письма, статьи, документы. С нетерпением ждала книгу. Святая наивность! Когда прочла «Зов крови» этой Жужуны, чуть сердце не разорвалось. Сплошные неточности, искаженные факты, неверные интерпретации. Имена под фотографиями во многих случаях не соответствуют представленным лицам. Мой брат, Тенго, почему-то превратился в моего отца Шалву, я вдруг стала женой своего брата… Словом, ошибок – хоть отбавляй. Хуже всего то, что автор, даже не упомянув о моей причастности к данной книге, все подробности представила как свои личные  архивные материалы. Мое «богатство» так и осталось у нее. К счастью, у меня хранятся ксерокопии большинства документов. Разумеется, я сочла нужным написать опровержение и опубликовать его. Указала на все неточности и несоответствия с действительностью. Когда критическая статья была готова к публикации в журнале «Библиотека Грузии», неожиданно узнала, что автор книги больна. Не хотела стать причиной обострения ее болезни и отказалась от публикации. И только сейчас, после того как прочла статью о Муатах, решила немного успокоить душу, внести хоть какие-то ясности во всю эту историю. Конечно, нелегко разобраться в многоветвистом генеалогическом дереве Карангозишвили и представить всех потомков Адама, но я хочу просто доказать, что пока жива – а мне 80 лет, и я последняя в роду, носящая фамилию Карангозишвили, — достоверные факты могу представить любому заинтересованному лицу. Не желаю оставлять моим потомкам искореженную историю их предков».

Интересной оказалась история возникновения фамилии Карангозишвили. Легенда гласит: однажды во время нашествия османов (или персов) в плен к завоевателям попала черноокая красавица, княжна из рода Эристави. Чтобы не подвергать семью опасности и притязаний со стороны покорителей, она представилась как «Карангозишвили» (кара – черная, гез – глаз). Впоследствии эта фамилия так и закрепилась за всем родом. Даже спустя века во внешности Лии, в ее умении держать себя, манере беседы ощущается былое княжеское величие. Она засмеялась, когда я отметила это:

«Мне самой нечем гордиться – обыкновенная женщина. Училась, работала, пережила самую страшную трагедию для матери – потерю сына. Гордиться могу лишь предками. Я не такая уж важная персона. Примечательными фигурами являлись мой прадед Васо – генерал-майор, дед Николай – тоже военный, дядя Ванно – сподвижник Какуцы Чолокашвили, борец за независимость и свободу родины. Отец, Шалва, тоже был извест-ным агрономом. Много в нашем роду людей, о ком можно было бы писать. Вот, к примеру, любимая артистка Бела Мирианашвили – царствие ей небесное, — праправнучка Каролины Муам и Ладо Карангозишвили. Ее сестра Нино тоже много интересного может рассказать. Мне остается поблагодарить вас, что сочли меня достойной публикации».

Лия (Нино) Карангозишвили с внуками

Кем бы ни была Лия – важной личностью или простой служащей, — то, что она так ревностно и бережно относится к памяти предков, тщательно хранит крупицы истории своего рода, вызывает почтительность и уважение к ней. Я видела пожелтевший лист бумаги, на котором в маленьких расчерченных квадратиках с именами была представлена вся ее генеалогия. Смотрела на старые, истертые временем фотографии, — в каждой из них теплилась частица души Лии, женщины, о которой хочется рассказать.

«Я окончила русскую школу, параллельно училась во втором музыкальном училище. Хотела поступить в Политехнический институт, так как очень любила математику и черчение, но родителей больше прельщала моя музыкальная карьера, и после окончания училища по распределению отправилась в Ахалцихе. Два года преподавала в ахалцихской музыкальной школе, надеялась, что продолжу учебу в консерватории. А когда вернулась, оказалось, что для поступления двухгодичного стажа недостаточно, требовался еще один год. Пришлось отказаться от намерения. Поступила на русское отделение филологического факультета Тбилисского государственного университета. Работа в Ахалцихе пошла мне на пользу в том смысле, что педагогические навыки пригодились в преподавательской деятельности в 4-ой музыкальной школе, где проработала долгое время, — все-таки не смогла расстаться с музыкой. Но я еще одновременно работала в Тбилисском государственном университете на кафедре русского языка, а в Сельскохозяйственном институте преподавала русский язык и литературу, была на почасовой оплате. Ректор института предлагал оставить училище и работать только у него, а в училище директор не отпускал, — мол, ты мне здесь нужна. Так и разрывалась на части, тут еще семья, дети… В итоге, оформила раньше срока пенсию, но еще 5 лет работала в училище на полном энтузиазме, без зарплаты: устраивала концерты, музыкально-литературные вечера. Вот теперь я уже точно пенсионерка по возрасту».

Учитывая жизнелюбие, энергичность и бодрость духа Лии, грех говорить о ее возрасте. Она благодарила меня за предоставленную возможность рассказать о себе, а я ее – за интересные сведения, в том числе узнала, что в роду было восемь генералов в разных чинах и с высшими наградами, вплоть до Георгиевского креста. И еще немало заслуженных военных и общественных деятелей – разве мало? И что «три грации завоевали три нации», — так шутливо отзывались о сестрах Карангозишвили: Екатерине, вышедшей замуж за шотландца Генриха Муата, Нине – жене француза Мориса Загью и Александре – супруге немца Карла фон Фитингофф. Приятно звучит, не правда ли?

Матерью Адама была сестра (Лия более склонна к версии, что это тетя) грузинского писателя Александра Казбеги, так что и горячая горская кровь тоже течет в жилах Карангозишвили.

На родовом кладбище Карангозишвили в Душетском районе покоится прабабушка Александра Сергеевича Пушкина, Наталья Ганнибал.

Известно, что во время второго приезда Пушкина в Тифлис, его сопровождала Наталья. Возвращались они в Россию в декабре 1836 года. Мороз, снег, туман не позволили путникам ехать дальше. Пришлось остановиться в небольшой гостинице «Карвасла» в Душети. Бабушке от переохлаждения стало плохо и, к несчастью, она скончалась. О перевозе усопшей не могло быть и речи, душетские князья Карангозишвили похоронили ее на родовом кладбище. Там ныне и находится могильная плита с надписью: «Наталья Ганнибал».

Лия рассказала и о некоторых деталях частной жизни более близких и хорошо известных родственников, но сугубо семейные истории не подлежат афишированию. После всего услышанного не удержалась, чтобы не спросить:

— Почему же сама не взялась за опубликование столь богатого и интересного материала?

— А я не такая уж самоуверенная, хотя и филолог по образованию, чтобы писать книгу. Для этого надо иметь профессиональные навыки, поддержку и… совесть, чтобы не представлять из себя писательницу, — засмеялась Лия.

Думаю, ради того, чтобы представить правдивую историю рода Карангозишвили, стоит задуматься о публикации документальных фактов, хотя бы в газетах или журналах. Впрочем, я пропела, а рассветет или нет, зависит от моей новой и очень приятной знакомой, Лии Карангозишвили. Остается ждать и надеяться.

Додо АХВЛЕДИАНИ.