То, что режиссер Эльдар Шенгелая – классик грузинского кино, признано, кажется, всеми. Но слова остаются словами, если не подкрепляются впечатлениями

То, что режиссер Эльдар Шенгелая – классик грузинского кино, признано, кажется,  всеми. Но слова остаются словами, если не подкрепляются впечатлениями. Причем не давними, а сегодняшними, свежими. И они – есть. Буквально на днях Эльдар Шенгелая пообщался со студентами кинофакультета Грузинского университета театра и кино имени Ш. Руставели после просмотра давней картины – «Микела». Она снята мастером пятьдесят лет назад, но нисколько не потеряла своей остроты. Скорее наоборот!  Фильм сделан в такой жесткой стилистике, что кажется  снятым сегодня. А его гуманистический посыл оказался близок именно  сегодняшним реалиям, когда шестая христианская заповедь: «не убий!» нарушается повсеместно и повседневно.

«НЕ УБИЙ!»

Фильм «Микела» посвящен проблеме ограниченности человеческого сознания. Ведь в Евангелии сказано: «Не убий!» А старик Микела, по сути, убил своего внука, потому что думал: одного, больного, а значит,  проклятого внука уберу, изолирую –  значит, сохраню другого, здорового. Это большой, большой грех!..

  Я очень люблю Давида Клдиашвили. Когда задумывался киноальманах «Страницы прошлого», трем режиссерам – Мерабу Кокочашвили, Георгию Шенгелая и мне – предложили снять для него короткометражные фильмы.  Это был свободный выбор для каждого из   нас. Так появились «Миха» Мераба Кокочашвили, «Награда» Георгия Шенгелая. А я выбрал «Микелу». Мне всегда очень нравился этот рассказ Давида Клдиашвили. Заложенная в нем мысль значима во все времена, для всех. Человек не должен творить зла, должен вести себя по-человечески, любить. Это главная идея картины.

ГРУЗИНУ – «ПЯТЕРКА»!

Во время встречи Эльдар Шенгелая рассказал о том, как пришел в профессию.  

—  Сразу по окончании школы  поступил на гидротехнический факультет ГПИ. Но проучившись полгода, понял, что это не мое дело. У меня были очень плохие отношения с математикой еще  в школе. И тогда же  у меня родилась мысль поехать учиться в Москву. В тот период  Сталин говорил о том, что нужно снимать небольшое количество картин, но это должно быть качественное кино. Поэтому на тбилисской киностудии снимали по одному фильму в год. Мама (знаменитая актриса Нато Вачнадзе – И. Б.),  естественно, переживала, что, если я стану режиссером, то буду безработным.  Но я все равно настаивал на своем. И вот мама однажды повела меня к замечательному грузинскому режиссеру и педагогу, другу семьи Додо Алексидзе. На занятиях он  готовил со студентами этюды, и мама надеялась, что  Додо скажет мне об отсутствии у меня способностей, и я никуда не поеду. Но получилось по-другому: Додо сказал маме, что я очень способный и что мне нужно обязательно ехать в Москву, во ВГИК. Я очень серьезно занимался, ходил в публичную библиотеку. Когда пришло время, поехал в Москву. У меня была одна проблема: я окончил Первую грузинскую школу  и не очень хорошо знал русский язык. Поэтому мне пришлось набрать множество шпаргалок – помогла подружка, учившаяся в русской школе. Когда пошел на приемные экзамены, то был вооружен до зубов: повсюду у меня были припрятаны  шпаргалки. Объявили темы, и я выбрал  одну из них:  «Горький и социалистический реализм». И, конечно, воспользовался шпаргалкой. Позднее встретил абитуриента, и он сообщил мне, что только один грузин получил «пятерку», остальные же – «четверки» и «тройки».  Я  понял, что речь идет обо мне.  Позднее наш преподаватель отметила, что «Шенгелая написал такую хорошую работу, что впору готовиться к защите кандидатской»…   Так началась моя учеба. На моем курсе учился Алексей  Сахаров. Мы настолько с ним сдружились, что я называл его своим  братом. По окончании института  вместе с Алексеем мы сняли две картины: «Легенда о ледяном сердце» и «Снежная сказка»… Потом я вернулся в Тбилиси и совместно с  Тамазом Мелиава сделал фильм «Белый караван». Он был отмечен призом  на Первом Всесоюзном кинофестивале в Ленинграде, а позднее номинирован на «Золотую пальмовую ветвь» Каннского кинофестиваля. Правда, приз картина не получила, зато у нее была хорошая пресса. Что касается фильма «Микела», то  мне самому сейчас он очень понравился – я давно его не видел…

УРОКИ  ПРОФЕССИИ

— Очень важно, какую группу ты соберешь, кто рядом с тобой, кто будет твоими единомышленниками. Я думаю, что если бы не было оператора Александра Рехвиашвили, которому я абсолютно доверял – он, кстати, снимает в качестве режиссера удивительные картины; если бы не было исполнителей главных ролей  Григола Ткабладзе и Зинаиды Кверенчхиладзе, композитора Ираклия Геджадзе, художника Кристесиа Лебанидзе,  фильма тоже не было бы. Очень важно иметь рядом единомышленников. Один режиссер фильм не создаст, каким бы талантливым не был.

—  У меня только однажды была мастерская – это было в 60-е годы, когда я  руководил режиссерской мастерской Тбилисского театрального института имени Ш. Руставели. Азы кинорежиссуры тогда постигали ныне известные мастера: Дато Джанелидзе, Дито Цинцадзе, Тато Котетишвили, Отар Шаматава и другие. Что бы я ни делал, всегда привлекал начинающих. Они были со мной во время подготовительного периода, на съемках. А в фильме «Голубые горы» мои студенты еще и сыграли небольшие роли. Я против того, чтобы студенческая группа была большой, многочисленной.  Десяти человек вполне достаточно, чтобы возникла единая семья. Режиссер должен иметь возможность обучать студентов не только теории, но и практике.  Будущий режиссер должен понимать, что происходит на съемочной площадке, наблюдать, участвовать в процессе. И это поможет ему стать в дальнейшем хорошим профессионалом.

— Когда ты снимаешь короткометражку, то есть,  ограничен метром, то обязан особенно глубоко, внимательно, эмоционально осмыслить информацию, которую собираешься донести до зрителя. Эта проблема осмысления существует и в полнометражной картине. Просто когда снимаешь короткометражную ленту, должен работать еще серьезнее и вдумчивее. Чтобы  получить нужный результат.

ОТ  ОТЦА  К  СЫНУ

— Давид Клдиашвили — замечательный писатель. Мой отец Николай Шенгелая в свое время вместе с Серго  Клдиашвили, сыном писателя,  написал сценарий фильма «Мачеха Саманишвили», который поставил Котэ Марджанишвили.  Когда я снял фильм по тому же произведению, возник своего рода мост от меня к отцу, к его работе.  Сценарий для моего фильма написал Резо Чеишвили. Я считаю, что качество сценария принципиально важно. Сергей Эйзенштейн говорил: «Сценарий есть – фильм есть!» Это действительно так. На сценарий вы должны потратить много времени. Чтобы он был идеальным. Ведь сценарий – это фундамент, на котором должен вырасти фильм. Если фундамент не годится, фильм не состоится.

— Очень люблю Шекспира. В годы юности мы поставили на сцене «Ричарда III». Наша постановка так понравилась, что ее показали в Доме кино. На спектакле была театральная общественность,  хорошо воспринявшая нашу работу. Это было время, когда все ставили в  реалистической стилистике.  А наша постановка была, напротив, очень условной и, кстати, в итоге имела большой резонанс.

— Если говорить об условной или реалистической стилистке, то я не думаю, что должны существовать какие-то рамки, ограничения. Кино может быть реалистическим или снятым в форме притчи. То, что грузинские фильмы советского периода относились большей частью ко второму типу, понятно. Потому что прямо сказать о чем-то в условиях советского режима было невозможно. Например, когда мы с Резо Габриадзе сняли фильм «Чудаки», кинокомитет  принял его за сказку. Не увидели глубинного смысла. А мы ведь придумали фильм о свободе, вернее, о неистребимой потребности человека в свободе.  А  притчевая  форма обусловлена тогдашним режимом. Мы таким образом обманывали бюрократию. Те же «Голубые горы» – как написали потом критики, этот фильм предсказал развал СССР… 

  Думаю,  что у нашего поколения режиссеров – у Тенгиза Абуладзе, Резо Эсадзе, Александра Рехвиашвили, Отара Иоселиани и других —  был один враг:  советский режим. Поэтому в разных формах мы с этим режимом, с господствующим мировоззрением, боролись.  Насколько нам это удавалось, судить  критикам.

АКТЕРЫ  И  РОЛИ

—  В работе с актерами у меня всегда был главный принцип – типаж.  Например, в фильме «Голубые горы» очень много именно ярких типажей. Многие люди, не будучи актерами по профессии, очень артистичны от природы. Я брал актеров из народных театров, и не только, а рядом с ними работали очень известные профессионалы. Так,  Темико Чиргадзе был врачом по профессии и при этом замечательно сыграл в фильме «Голубые горы».  А рядом с ним был прекрасный профессионал Рамаз Гиоргобиани. Я советую начинающим режиссерам быть ближе к актерам, дружить с ними, любить их. Нужно им доверять, давать возможность импровизировать. Не нужно принуждать актера к чему-либо, важно не мешать ему искать что-то самому. От этого зависит и результат.

ГРУЗИЯ – СТРАНА  КУЛЬТУРЫ

— В годы существования Союза мы, грузинские кинематографисты, снимали по восемь-десять художественных фильмов в год, 50 документальных картин. Были и заказы от  Гостелерадио — выпускали 15 телефильмов. Когда выходит много картин, то среди них обязательно будут как посредственные, так  и хорошие. А ныне государство плохо финансирует Национальный киноцентр, поэтому снимается очень мало фильмов. Исходя из этого, нет возможности выбора плохого или хорошего. Конечно, есть и сегодня хорошие фильмы, например,  «Мандарины» Зазы Урушадзе… Но все-таки нужно увеличить финансирование киноискусства. Грузия не является страной нефти или угля. Грузия всегда была страной культуры, и это было нашим приоритетом. Если  правительство это не осознает, дела Грузии будут неважны. У меня та же проблема – нет денег, чтобы снять картину. Хотя сценарий у меня замечательный! Поразительно и то, что новые фильмы практически не показывают по телевидению, не увидишь их и в кинотеатрах. Нужно проводить фестивали для просмотра ежегодной отечественной кинопродукции. Такого фестиваля у нас пока нет, но он должен быть в Грузии обязательно! Чтобы новые картины могли увидеть кинокритики, зрители, чтобы проходили обсуждения. И чтобы была возможность снимать в будущем лучшие картины. 

Инна БЕЗИРГАНОВА