Попались! Премьера на малой сцене  театра  МарджанишвилиВ нашем  безумном мире  терроризм стал  данностью. Идет необъявленная война на всех континентах. Поэтому  спектакль «GOТCHA!» («Попались!») бьет не в бровь, а в глаз. Неудивительно, что внимание режиссера Давида Бахтадзе  привлекла одноименная пьеса британского драматурга Барри Киффа.  Остросюжетная история с самого начала и до конца держит высокий градус напряжения, не только заставляя  сопереживать героям, но и вовлекая зрителей  в действие «на грани».

 А проблемы в спектакле затронуты самые разные:  самореализация личности, равнодушие социума к индивидууму, вопрос свободы выбора.Что заставило выпускника школы взбунтоваться  и  на протяжении нескольких часов терроризировать своих педагогов?  Как заурядный подросток,  даже  фамилию которого не помнят учителя, превратился в агрессивного монстра?   Возможно, на преступный экстрим его подтолкнуло стремление  «быть», в чем ему решительно отказывают окружающие. И это желание парень осуществляет  диким способом.  Посредственный середняк застукал в школьной кладовке  педагогов-любовников. И понял  — вот шанс стать героем!  Он берет учителей, а затем и директора  в заложники,  угрожает взорвать школу.  «Звездный час» не приносит ничего, кроме новых травм.    Сегодня популярно выражение «общество равных возможностей».

Хотя на самом деле эта  формула не соответствует действительности. Справедлив ли, на самом деле, критерий, определяющий «способного» и «неспособного», «перспективного» и «бесперспективного»?  Ведь это клеймо на всю жизнь! А судьи кто? Посредственный аттестат, выданный герою пьесы, навсегда обрекает его  на прозябание. Юноша пытается изменить ситуацию, но в итоге терпит фиаско. Потому что аморально  утверждаться за счет ущемления других путем экстремизма. Даже если эти другие – совершенно безразличные к твоей  судьбе конформисты.   Хочу отметить замечательную работу молодого актера Вано Дугладзе, сумевшего прочувствовать и передать драму своего героя. Роланд Окропиридзе убедителен в роли  циничного учителя физкультуры Тона Пирта, а Валерий Коршиа сумел создать образ трусливого, осторожного и лживого директора Уотлинга, на словах обещающего устроить будущее юного террориста, а на деле готового уничтожить его. Гуманные черты проглядывают только в образе учительницы литературы Линн Миллар – ее роль исполняет Ната Бережиани. Собственно, только она и вспоминает имя  ученика, что и  разрешает мучительный конфликт. 

Спектакль  укладывается в канон классицизма —  единство места, времени и действия. Художник Гиви Мачавариани создает непритязательную обстановку школьной кладовки. Постановка сценических боев  —  Паата Мхеидзе. Автор саундтрека – Леван Капанадзе. Группа – «Мдзиме Джвари».  Давид Бахтадзе поставил спектакль энергетически насыщенный, жесткий, не оставляющий иллюзий.   Интересный момент: на стенах кладовки висят портреты  знаменитых ирландцев – Джонатана Свифта, Бернарда Шоу и Сэмюэля Беккета, а также Оливера Кромвеля, вошедшего в историю в качестве покорителя Ирландии. Такое оформление спектакля неслучайно:  Барри Кифф  — ирландец по происхождению.  Зримое присутствие  духовных отцов нации,  отстаивающих независимость Северной Ирландии,   заставляет задуматься о глубинных причинах бунта униженных.  Режиссер расширяет рамки восприятия пьесы Барри Киффа, добавляя политический компонент.    

После премьеры режиссер Давид Бахтадзе ответил на несколько вопросов 

— Давид,  пьеса поражает своей актуальностью. Как возникла идея поставить этот спектакль?

—  Я даже сомневался, возьмется ли какой-нибудь театр за такой острый материал.  Вначале предложил художественному руководителю Тбилисского центрального детского театра имени Нодара Думбадзе, однако там посчитали, что это не для детской аудитории. К счастью, пьеса  заинтересовала худрука марджановского театра Левана Цуладзе. Пришлось преодолеть еще одну проблему – найти постановочные средства. Отозвался Британский совет по образованию и культуре. Менеджер по культурным проектам Майя Дарчиа способствовала продвижению идеи. Проект был осуществлен в рамках широкой программы, поддерживаемой British Petroleum. Помогла и Тбилисская мэрия. 

—  Вы, действительно, попали в яблочко. Спектакль смотрится  на одном дыхании. Но в то же время ощущается, что тема   «проросла корнями»…

—  Действительно,  эту пьесу хотел  поставить когда-то мой наставник Михаил Чавчавадзе,  и я должен был играть героя. Но, как часто бывает, по ряду причин проект не состоялся. С тех пор у меня осталось чувство неудовлетворенности. Проблемой было достать текст пьесы Киффа. Единственный экземпляр, который имелся в Грузии, был утерян. Связался с Михаилом Чавчавадзе и даже с московской «Табакеркой», где впервые  еще в советское время была поставлена пьеса «GOTCHA» (в русском переводе «Прищучил!») . Но и там текста не оказалось. В 2008-2009 годах спектакль ставили в Таллинской русской драме. И  вот  драматург и поэт Елена Скульская нашла и прислала мне текст. Я ей безмерно благодарен! Затем были перипетии и с переводом – в итоге пришлось самому переводить на грузинский. 

—  Раз уж речь зашла о вашем  учителе, расскажите, как начиналась ваша карьера режиссера.

—  У меня с ранних лет была четкая направленность на театральный институт, ни о чем другом я и слышать не хотел.  Мечтал стать актером, однако поступить в театральный вуз после школы  не получилось —  на русское отделение набора в том году не было. И я поступил в студию при русском ТЮЗе, которой руководил  Гия Кития. А через год  пошел в армию. Одновременно Миша  Чавчавадзе открыл, пожалуй,  первый в СССР независимый театр под названием «Элва». Когда я вернулся из армии, он пригласил меня в качестве актера и ассистента режиссера. Я многому научился у Миши Чавчавадзе. Но однажды  он сказал мне: «Если хочешь стать режиссером,  должен учиться у Михаила Ивановича Туманишвили, моего учителя!». Да, Михаил Туманишвили в театральном институте действительно открыл мне глубины профессии. Единственное, о чем я жалею:  он не дожил до выпуска нашей группы.  И все-таки три года я  проучился у Туманишвили, был его фаворитом. Если бы не его смерть, возможно, моя судьба сложилась бы более благоприятно. У меня была перспектива постановки дипломного спектакля на сцене театра киноактера и, возможно, дальнейшей работы там… 

— Какие постановки вам удалось осуществить? 

— В  театральном институте имени Ш. Руставели поставили пьесу Эдуардо де Филиппо «Риск». Дипломная работа – «Свидание»  Людмилы Петрушевской – в ТЮЗе.  Была у меня и антрепризная постановка:  «Мэри Поппинс» – заводной спектакль с искрометным юмором.  Многие театральные проекты не состоялись по ряду обстоятельств, зато я приобрел опыт – опыт подготовительной работы, работы с пьесой, художником. Был еще один интересный эксперимент:  друзья рок-музыканты предложили мне сделать клипы на их композиции. По-моему,  получилось  удачно. А потом меня пригласили работать вторым режиссером на сериал «Пора цветения».